... Успіх вимірюється не тим наскільки високо ви вилізли, а тим, скільки ви з собою принесли (У.Роуз) ...

Головне меню

Науково-практична Інтернет-конференція 08.12.2016 - СЕКЦІЯ №5
Статья 218-1 Уголовного кодекса Украины (далее – УКУ) устанавливает ответственность за доведение банка до неплатежеспособности, то есть за умышленное, из корыстных побуждений, иной личной заинтересованности или в интересах третьих лиц совершение связанным с банком лицом каких-либо действий, которые привели к отнесению банка к категории неплатежеспособных, если это нанесло большой материальный ущерб государству или кредитору. 
В пояснительной записке к проекту Закона Украины «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно ответственности связанных с банком лиц» приводятся следующие доводы в пользу дополнения УКУ статьей 218-1: «Законопроектом предлагается внести в … Уголовный кодекс Украины изменения, которыми предусматривается существенное усиление ответственности связанных с банком лиц: … введение уголовной ответственности связанных с банком лиц, в частности, руководителя банка, контролера и другого собственника существенного участия в банке за совершение любых действий, которые привели к отнесению банка к категории неплатежеспособных, если это нанесло большой материальный ущерб государству или кредитору» [1]. По этому поводу А.А. Дудоров и Р.А. Мовчан отмечают: «Дополнение УК статьей 218-1 должно восприниматься в основном не как установление (введение) уголовной ответственности за доведение банка до неплатежеспособности, а как дифференциация уголовной ответственности за указанное посягательство, которая произошла за счет выделения из ст. 219 УК наиболее общественно опасных, по мнению законодателя, действий и установления за их совершение более строгой (по сравнению с предусмотренной ст. 219 УК) уголовной ответственности. При этом, … с помощью указания в ст. 218-1 УК на специально-конкретных субъектов (связанных с банком лиц) законодатель уточнил круг субъектов, способных нести ответственность по этой специальной уголовно-правовой норме» [2]. В связи с этим уточним, что ст. 219 УКУ предусматривает ответственность за доведение до банкротства. До вступления в силу ст. 218-1 УКУ ответственность за доведение банка до неплатежеспособности наступала по ст. 219 УКУ.
Похожая ситуация наблюдается в отношении криминализации доведения банка до неплатежеспособности в законодательстве Республики Молдова. Так, 25 июля 2014 г. статья 252 «Умышленная несостоятельность» Уголовного кодекса Республики Молдова (далее – УК РМ) была дополнена частями (3) и (4). В соответствии с ч. (3) ст. 252 УК РМ, ответственность наступает за причинение несостоятельности банку умышленными действиями или бездействиями его администратора, включая осуществление чрезмерных расходов, продажу банковских активов по цене ниже их реальной стоимости, принятие нецелесообразных обязательств, осуществление бизнеса с несостоятельным лицом, невзыскание долговых обязательств финансового учреждения в конце срока или иным образом вопреки надлежащему управлению, которые сознательно уменьшают имущество финансового учреждения. В свою очередь в ч. (4) ст. 252 УК РМ указывается на действия, предусмотренные частью (3), совершенные: a) группой администраторов и/или акционеров; b) с целью неуплаты долгов и возобновления банковского бизнеса.
До вступления в силу ч. (3) и (4) ст. 252 УК РМ ответственность за умышленное причинение несостоятельности банку наступала по частям (1) или (2) той же статьи.
По мнению Д.И. Горбатовой, с принятием ст. 218-1 УКУ круг субъектов, способных нести ответственность по этой специальной норме, был не уточнен, а расширен: «Так, если до принятия закона к уголовной ответственности за доведение банка до банкротства можно было привлечь только его должностное лицо или непосредственного участника (учредителя), то с вступлением в силу новаций к ответственности можно будет привлечь контролеров банка; лиц, принимающих непосредственное участие в деятельности банка, и лиц, через которых эти лица осуществляют косвенное владение существенным участием в банке; руководителей банка; руководителей службы внутреннего аудита; родственных и аффилированных лиц банка, в том числе участников банковской группы; лиц, имеющих существенное участие в родственных и аффилированных лицах банка и т. п.» [3]. 
Весь список, связанных с банком лиц, приведен в ч. 1 ст. 52 Закона Украины «О банках и банковской деятельности» [4]: 1) контроллеры банка; 2) лица, имеющие существенное участие в банке, и лица, через которых эти лица осуществляют косвенное владение существенным участием в банке; 3) руководители банка, руководитель службы внутреннего аудита, руководители и члены комитетов банка; 4) родственные и аффилированные лица банка, в том числе участники банковской группы; 5) лица, имеющие существенное участие в родственных и аффилированных лицах банка; 6) руководители юридических лиц и руководители банков, которые являются родственными и аффилированными лицами банка, руководитель службы внутреннего аудита, руководители и члены комитетов этих лиц; 7) ассоциированные лица физических лиц, указанных в пунктах 1-6 настоящей части; 8) юридические лица, в которых физические лица, указанные в этой части, являются руководителями или владельцами существенного участия; 9) любое лицо, через которую проводится операция в интересах лиц, указанных в этой части, и на которую оказывают влияние при проведении такой операции лица, указанные в этой части, через трудовые, гражданские и другие отношения.
В ч. 1 ст. 52 Закона Украины «О банках и банковской деятельности», среди лиц, связанных с банком, упомянуты юридические лица. Несмотря на это, согласно ст. 96-3 УКУ, юридическое лицо не признается субъектом преступления, указанного в ст. 218-1 УКУ. 
В случае преступлений, предусмотренных ч. (3) и (4) ст. 252 УК РМ, юридическое лицо также не является субъектом. Молдавский законодатель указывает на администратора банка в качестве специального субъекта данных преступлений. Согласно ст. 134-13 УК РМ «под администратором банка в контексте ч. (2-1) ст. 191, ч. (3) ст. 197, ч. (2) ст. 239-1 и ст. 239-2 понимают лицо, определенное согласно Закону «О финансовых учреждениях»». По неизвестным причинам, ст. 134-13 УК РМ не содержит ссылку на ч. (3) ст. 252 УК РМ, хотя эти нормы обозначают в качестве субъекта преступления именно администратора банка. В связи с этим, согласимся с предложением И. Селевестру о необходимости внесения изменений в ст. 134-13 УК РМ, с целью расширения действия данной статьи на субъекта преступления, указанного в ч. (3) ст. 252 УК РМ [5, с. 230].
В соответствии со ст. 3 Закона Республики Молдова «О финансовых учреждениях», под «администратором банка» имеется в виду «член совета, исполнительного органа, ревизионной комиссии, главный бухгалтер, руководитель филиала финансового учреждения, а также другое лицо, уполномоченное законом или уставом брать на себя обязательства самостоятельно или совместно с другими лицами от имени и для финансового учреждения» [6]. Считаем необходимым дополнение списка лиц, выступающих в качестве администраторов банка, по примеру ч. 1 ст. 52 Закона Украины «О банках и банковской деятельности». В связи с этим, приведем слова Л. Антоненко, директора Департамента регистрационных вопросов и лицензирования Национального банка Украины, по поводу дополнения УКУ статьей 218-1: «Необходимость принятия законопроекта продиктована существованием пробелов в действующем законодательстве, которые позволяют связанным с банком лицам избегать ответственности за нанесение банкам убытков и доведение их до неплатежеспособности. Речь идет, прежде всего, о теневых владельцах банков, которые, используя несовершенное законодательство, скрываются от банковского надзора за оффшорными компаниями, трастовыми и другими инструментами деперсонификации собственности, а иногда прибегают к использованию подставных лиц, на которых вместо себя оформляют владение акциями в банках» [7]. Итак, не только официальный администратор банка, но и конечный бенефициарный владелец банка, а также любой другой владелец существенного участия в банке, должны быть признаны субъектами преступлений, предусмотренных ч. (3) и (4) ст. 252 УК РМ.
Характеризуя деяние, указанное в ст. 218-1 УКУ, украинский законодатель ограничивает его активным поведением (действием), не упоминая о пассивном поведении (бездействии). На это справедливо обращает внимание О.Е. Звирко: «Довести банк до неплатежеспособности можно не только умышленными действиями, но и умышленными бездействиями, например, невыполнением установленных нормативов и нормативных актов (ограничений) Национального банка Украины. Поэтому следует указать и на умышленные бездействия» [8]. Для сравнения, в ч. (3) ст. 252 УК РМ, говорится о причинении несостоятельности банку действиями или бездействиями его администратора. Более того, приводится перечень возможных способов таких действий или бездействий: осуществление чрезмерных расходов; продажа банковских активов по цене ниже их реальной стоимости; принятие нецелесообразных обязательств; осуществление бизнеса с несостоятельным лицом; невзыскание долговых обязательств финансового учреждения в конце срока; причинение несостоятельности иным образом вопреки надлежащему управлению. Последний из обозначенных способов подтверждает то, что вышепреведенный перечень имеет скорее не ограничительный, а иллюстративный характер. То есть, важно то, что доведение банка до неплатежеспособности совершается путем действия или бездействия, а не то в чем именно выражается такое действие или бездействие.
Относительно последствий преступления, предусмотренного ст. 218-1 УКУ, А.А.Дудоров и Р.А. Мовчан отмечают: «Указание на исключительно материальный характер большого вреда, как обязательного признака объективной стороны состава рассматриваемого преступления, не позволяет квалифицировать по ст. 218-1 УК случаи доведения банка до неплатежеспособности, которые сопровождались такими общественно опасными последствиями, как массовые увольнения работников того или иного финансового учреждения, психическое заболевание или самоубийство кредитора и тому подобное» [9]. Согласно ч. (3) ст. 252 УК РМ последствия преступления также имеют материальный характер, выражаясь в уменьшении имущества финансового учреждения. Считаем верным данный подход. Такого рода ограничительное описание последствий этого преступления предпочтительнее использования оценочных понятий, таких как «тяжкие последствия» или «существенный вред».
Отзываясь критически по поводу качества ст. 218-1 УКУ, О.Е. Звирко утверждает: «Отсутствуют квалифицирующие признаки состава преступления, что не соответствует степени общественной опасности этого деяния. Таковыми в соответствующей части статьи следует признать организованную группу и особо крупный размер (когда нанесенный ущерб в сто тысяч и более раз превышает необлагаемый минимум доходов граждан)» [8]. Для сравнения, в ч. (4) ст. 252 УК РМ указаны отягчающие ответственность обстоятельства. Имеется в виду совершение преступления группой администраторов и/или акционеров либо с целью неуплаты долгов и возобновления банковского бизнеса. При назначении наказания судебная инстанция может учесть, которое именно из вышеперечисленных последствий наступило.
Обращает на себя внимание то, что умышленное причинение несостоятельности банку одним (мажоритарным, крупным) акционером не влечет ответственности по ч. (3) или (4) ст. 252 УК РМ. Такой недостаток говорит о необходимости более существенного изменения подхода к определению круга субъектов состава умышленного причинения несостоятельности банку.
 
Список использованных источников:
1. Про внесення змін до деяких законодавчих актів України щодо відповідальності пов'язаних із банком осіб: Пояснювальна записка до проекту Закону України [Електронний ресурс]. – Режим доступу: http://w1.c1.rada.gov.ua/pls/zweb2/webproc4_1?pf3511=53963
2. Дудоров О.О. Законодавство України про кримінальну відповідальність за злочини у сфері господарської діяльності – час визначитися зі стратегією розвитку / О.О. Дудоров, Р.О.Мовчан // Вісник Асоціації кримінального права України, 2015 – № 2. – С. 215-263.
3. Горбатова Д.І. Доведення банку до неплатоспроможності як новела Кримінального кодексу України / Д.І. Горбатова // Актуальні проблеми кримінального права та кримінології у світлі реформування кримінальної юстиції: збірник матеріалів Міжнародної науково-практичної конференції (22 травня 2015 року, м. Харків). – Харків: ХНУВС, 2015. – С. 252-254.
4. Про банки і банківську діяльність: Закон України від 7 грудня 2000 р. № 2121-III // Відомості Верховної Ради України, 2001. – № 5-6.
5. Selevestru I. Răspunderea penală pentru delapidarea averii străine. – Chișinău: CEP USM, 2015. – 311 с.
6. Legea instituţiilor financiare, nr. 550 din 21.07.1995 // Monitorul Oficial al Republicii Moldova. – 1996. – nr. 1.
7. Власники та керівники збанкрутілих банків сядуть за грати на 5 років. [Електронний ресурс]. – Режим доступу: http://finbalance.com.ua/news/Vlasniki-ta-kerivniki-zbankrutilikh-bankiv-syadut-za-hrati-na-5-rokiv---zakon
8. Звірко О.Є. Кримінальна відповідальність за доведення банку до неплатоспроможності / О.Є. Звірко [Електронний ресурс]. – Режим доступу: http://www.legalactivity.com.ua/index.php?option=com_content&view=article&id=1039%3A200515-12&catid=125%3A5-0515&Itemid=147&lang=ru
9. Дудоров О.О. Кримінально-правова заборона щодо доведення банку до неплатоспроможності: сумнівна законодавча новела / О.О. Дудоров, Р.О. Мовчан // Право і громадянське суспільство. – 2015. – № 1. – С. 71-115.{jcomments on}
 
 

-
English French German Polish Romanian Russian Ukrainian
2022
January
MoTuWeThFrSaSu
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      
Національний розвиток держави і права повинен ґрунтуватися, у першу чергу, на:
 
На Вашу думку чи забезпечують реалізацію принципу верховенства права законодавчі реформи 2020 року?
 
Система Orphus
Повну відповідальність за зміст опублікованих тез доповідей несуть автори, рецензенти та структурні підрозділи вищих навчальних закладів та наукових установ, які рекомендували їх до друку.

Лічильники і логотипи

Актуальна Юриспруденція